История одной фотографии 5

[starshinazapasa]

Август 2008, Грузия, Земо-Никози. МТЛБ батальона "Восток". Следующий день после боя, в котором наша колонна была разрезана надвое, сожжены танк, БМП, два "Урала" и погибли девять и ранены тринадцать человек.
Ночь прошла на берегу канала в ожидании ответной танковой атаки грузинской армии и назначенного на утро повторного штурма села.
До самого утра в небе маленькими белыми точками проходили "сушки" и бомбили находящийся километрах в двадцати Гори.
Ночную бомбардировку я видел в первые в жизни. Зрелище завораживало. Что-то в этом было такое... неземное. Нечеловеческое. Слишком велики были прикладываемые силы и высвобождающаяся энергия. Сравнить можно только с цунами. Или падением астероида. Или просто - гигантским пространством Космос. Поверить, что все это делается человеческими рука мозг отказывался.
Ответной атаки так и не было, но эта ночь в ожидании вымотала всех.
Утром мы позавтракали, перебинтовались, и стали ожидать команды на штурм.
- Только бы без танков сегодня, - сказал Хитрый, прочищая автомат. - Не люблю я танков. Тошнит меня от них.
Но часам к восьми пришла подмога, штурм села отменили, а по машинам вообще разошелся слух, что война на этом заканчивается и мы едем обратно, в Цхинвал.
И действительно, колонна развернулась и построилась на Цхинвал.
Все. Домой. Уходим.
Я стоял на мотолыге и смотрел на Земо-Никози. На село, о существовании которого никогда я не знал, никогда не слышал его названия да и в нем самом практически так и не побывал, зайдя в глубь лишь метров на пятьдесят по центральной улице, а все остальное время - меньше суток - проторчав на его окраине.
Село, которое всего лишь за день стало одним из самых главных в моей жизни.
Встав в один ряд с Ачхой-Мартаном, Шаро-Аргуном, Грозным, Шатоем...
А сгоревший в своем танке Максим Пасько, пацан девятнадцати лет от роду, о котором я тоже никогда раньше не слышал, хотя он и жил в соседнем со мной районе, Максим Пасько, которого я так и не увидел ни живым ни мертвым - стал в один ряд с Игорем, Мухой, Яковлевым...
Высокие чинары скрывали Земо-Никози полностью, за исключением двух белых коровников на ближайшей к нам окраине, из которых вчера и работали противотанковые комплексы, и я пытался разглядеть, запомнить их очертания, оставить в своей памяти какие-то вехи для этого села, которого я так и не увидел.
Солнце уже поднялось довольно высоко над горами, жара включилась моментально, без предупреждения, как будто кто-то повернул тумблер, и жажда опять стала сверлить мозг тупым медленным сверлом.
Прошел Орхан Джемаль. Вскинул фотоаппарат, прицелился, щелкнул.
Я поднял руки.
Ни для приветствия, ни для шутки - ни для чего. Просто так.
Он отошел чуть назад, выбрал ракурс получше и щелкнул еще раз.
Эта фотография с обложки его книги "Война. Хроники пяти дней".
Вот уж не думал, что когда-нибудь моим жалом будут иллюстрировать книги о войне.

За моей спиной осетинский ополченец Руслан разглядывает в оптику высотку под Гори, с которой по нам вчера долбили "саушки". Сейчас, именно в момент, когда делался снимок, по ним работает наша артиллерия и теперь уже над высоткой поднимается столб черного жирного дыма. Попали.
Слева от меня - в пидорке и кепке - сидят Гаджи и Борис. Прикомандированные. Кумыки, не чеченцы. Гаджи недавно был в Москве, звонил, но встретится мы так и не смогли. Справа, спиной, в зеленой мусульманской шапочке, Ваха. Рядом с ним парень, с которым мы лежали вместе в одной канаве под обстрелом и с которым бегали от ямки к ямке, продвигаясь вперед, но имени которого я запомнить так и не смог.
Колонна тронулась и действительно пошла на Цхинвал. Но, не пройдя и пары километров, повернула налево в поля, и двинулась на Гори.
Оказывается, мы вчера просто поворот проскочили.
Война продолжилась.