История одной фотографии 2

[starshinazapasa]

Этого боевика взяли в Черноречье, в той самой пойме Сунжи, по которой Басаев уходил из Грозного со своим отрядом и где ему оторвало ногу. Взяли через несколько дней - он прятался в дотах. Его и еще двоих.
Пленные сидели на броне, связянные, с пакетами на головах. Их лиц я не видел. От них пахло войной - сложно описать этот запах, но он очень неприятен.
Сострадания к ним я не чувствовал. Они были из непримиримых, как их называли тогда. Враги. Воины. Грязные, вонючие, но - огромные, сильные и волевые. Помню, меня поразили их размеры. Когда я залез на БТР, рука ближайшего оказалась толще моей ноги раза в полтора. Да, от них исходил страх, но это не был страх смерти, только страх пыток. В целом же они были спокойны. Это было то самое спокойствие обреченного, когда уже понятно, что будет дальше, и бояться уже нет смысла.
Они не боялись нас. Была бы возможность, убили бы не раздумывая.
Но и ненависти к ним у меня не было тоже. Я не хотел, чтобы то, что с ними произойдет, произошло бы. Лучше как-то без этого.
Двоих пленных сразу же сдали особистам. Дальнейшую их судьбу я не знаю.
А этого комбат оставил себе.
Он гонял его в пойму, на это минное поле, где лежали трупы, и пленный приносил ему деньги и оружие. Говорили, что за три дня он принес комбату тридцать тысяч долларов. Еще говорили, что все они оказались фальшивыми.
На третий день он подорвался-таки на "лепестке" и ему оторвало полстопы. Засел в блиндаже, но его выкурили оттуда огнеметами. Он вернулся, но ходить на минное поле отказался.
Тогда комбат сказал: "Как хочешь. Тогда я тебя расстреляю"
Ординарец комбата, Шиш, вывел его на дамбу и расстрелял в живот.
Потом хвастался: "Такого матерого боевика завалил".
С Шишом после этого перестали здороваться. Быть палачом - еще не значит быть солдатом.
Я никогда не фотографировал трупы. Но в этот раз снял почему-то.
Если приглядеться, то можно заметить голову в черной шапке и белый полиэтиленовый пакет, обмотанный вокруг оторванной ступни. На полтора пальца вправо от воронки.
Я хотел подарить карточку Шишу. С пожеланиями спокойной ночи - через неделю расстрелянный стал сниться ему ночами.