Интервью в "Литературной России".

АРКАДИЙ БАБЧЕНКО: Я ОДНОЗНАЧНО МОГУ НАЗВАТЬ СЕБЯ РЕВОЛЮЦИОНЕРОМ

Мы созваниваемся с Аркадием три вечера подряд, прежде чем он находит возможность увидеться.
«Может быть, я направлю вам вопросы по почте, – почти потеряв терпение, спрашиваю я, – и вы ответите, когда вам будет удобно?» «Нет, – отвечает он, и почти одновременно с его «нет» я слышу в трубке его тяжёлый вздох. – Всё-таки лучше увидеться с глазу на глаз и поговорить».
Договариваемся встретиться тем же вечером в одном из литературных клубов столицы.
Быть может, слишком пунктуальный для мегаполиса, я появляюсь в заведении чуть раньше положенного. Обсудив с менеджером зала возможность занять ненадолго один из уже забронированных столиков, сажусь у большого, в полстены, окна.
Я пью зелёный чай и, в ожидании Аркадия, вожу взглядом по деревянной горизонтали стола.
Перед глазами всплывает короткий сюжет: населённая джиннами квартира в центре современного Грозного, и я, вслух читающий им «Десять серий о войне» Бабченко. Была ещё прочитанная позже повесть «Алхан-юрт», другие рассказы. Постепенно человек этот, лицо которого порой мелькало в СМИ, чаще – во френд-ленте в ЖЖ и митингах «несогласных», стал мне своего рода родственником, старшим товарищем (ему без недели 35).
При всём при этом, мы не были знакомы с ним лично – не было повода.
«Он, наверное, не придёт, – глядя на часы, возвращает меня к реальности моя подруга, согласившаяся пофотографировать нашу встречу, – иначе бы он отзвонился – сказал, что опаздывает».
Как бы там ни было, он, наконец, появляется – сначала за стеклом кафе лавирует между припаркованными на тротуаре автомобилями, потом – по ту сторону стола.
«Есть сигареты?» – спрашивает коротко после рукопожатий и, получив отрицательный ответ, вновь уходит.
Первое впечатление – он напряжён и недоверчив, и разговор наш, ожидаю я, вряд ли склеится. Тем не менее, закурив сигарету и в два глотка выпив принесённую с собой газировку, он отрывисто произносит: «Погнали». Я открываю свой блокнот и просматриваю список тем, которые хотел бы обсудить. Начать решаю с тем литературных.

( Read more... )

Интервью в "Литературной России".

АРКАДИЙ БАБЧЕНКО: Я ОДНОЗНАЧНО МОГУ НАЗВАТЬ СЕБЯ РЕВОЛЮЦИОНЕРОМ

Мы созваниваемся с Аркадием три вечера подряд, прежде чем он находит возможность увидеться.
«Может быть, я направлю вам вопросы по почте, – почти потеряв терпение, спрашиваю я, – и вы ответите, когда вам будет удобно?» «Нет, – отвечает он, и почти одновременно с его «нет» я слышу в трубке его тяжёлый вздох. – Всё-таки лучше увидеться с глазу на глаз и поговорить».
Договариваемся встретиться тем же вечером в одном из литературных клубов столицы.
Быть может, слишком пунктуальный для мегаполиса, я появляюсь в заведении чуть раньше положенного. Обсудив с менеджером зала возможность занять ненадолго один из уже забронированных столиков, сажусь у большого, в полстены, окна.
Я пью зелёный чай и, в ожидании Аркадия, вожу взглядом по деревянной горизонтали стола.
Перед глазами всплывает короткий сюжет: населённая джиннами квартира в центре современного Грозного, и я, вслух читающий им «Десять серий о войне» Бабченко. Была ещё прочитанная позже повесть «Алхан-юрт», другие рассказы. Постепенно человек этот, лицо которого порой мелькало в СМИ, чаще – во френд-ленте в ЖЖ и митингах «несогласных», стал мне своего рода родственником, старшим товарищем (ему без недели 35).
При всём при этом, мы не были знакомы с ним лично – не было повода.
«Он, наверное, не придёт, – глядя на часы, возвращает меня к реальности моя подруга, согласившаяся пофотографировать нашу встречу, – иначе бы он отзвонился – сказал, что опаздывает».
Как бы там ни было, он, наконец, появляется – сначала за стеклом кафе лавирует между припаркованными на тротуаре автомобилями, потом – по ту сторону стола.
«Есть сигареты?» – спрашивает коротко после рукопожатий и, получив отрицательный ответ, вновь уходит.
Первое впечатление – он напряжён и недоверчив, и разговор наш, ожидаю я, вряд ли склеится. Тем не менее, закурив сигарету и в два глотка выпив принесённую с собой газировку, он отрывисто произносит: «Погнали». Я открываю свой блокнот и просматриваю список тем, которые хотел бы обсудить. Начать решаю с тем литературных.

( Read more... )